Жена российского военного в ужасе: её муж, переживший четыре сердечных приступа, с диабетом и необходимостью операций, вопреки всем категориям годности уже физически не способен служить. После месяцев на передовой с тяжёлым состоянием сердца (36%), повторных госпитализаций и признания ограниченно годным его всё равно снова и снова отправляют «за ленту». Лечения он так и не получил. Даже когда комиссия одобрила увольнение, генералы его заблокировали. Ответ — предельно циничный: какая разница, где он умрёт — здесь или на поле боя.
Она называет это крахом гуманности и говорит прямо: для командования мобилизованные — «мясо», у них нет прав, их жизнь ничего не стоит. И в этом она права. Но тогда возникает главный вопрос: почему, говоря, что муж «отдал Родине всё здоровье», она отождествляет Родину с системой, где человек — расходный материал? Ведь от такого тяжело больного солдата на войне нет никакой пользы — кроме, возможно, выгоды для тех, кто превращает чужую жизнь и смерть в ресурс, деньги и личное обогащение.
И самая жёсткая правда: она увидела бесчеловечность, когда пришли за её мужем. Но это не исключение — это и есть суть системы, которую она пока еще продолжает называть Родиной.
«Человеческая жизнь мобилизованного в принципе ничего не стоит для генерал-майора по тылу, который, кажется, видел войну только по телевизору: для него это просто кусок мяса, а не человек».
Алина, гражданская жена мобилизованного Андрея Доронина, служащего в 503-м полку Росгвардии, рассказывает о безразличии командования, отправке недолеченного мужа на боевые задания и о том, как генералы блокируют его увольнение. По её словам, Доронина мобилизовали в ноябре 2022 года и сразу отправили в зону СВО. После девяти месяцев на передовой у него случился сердечный приступ: месяц он находился в блиндаже в тяжёлом состоянии, а после эвакуации врачи зафиксировали работу сердца на уровне 36%. Его неоднократно признавали ограниченно годным, но часть всё равно продолжала отправлять его обратно.
В 2024 году у него произошёл ещё один приступ, после которого в госпитале восстановили сердечный ритм, но затем развился сахарный диабет и другие осложнения. После выписки его снова отправили на передовую, а в 2025 году состояние сердца вновь резко ухудшилось. 15 января 2025 года Доронина эвакуировали из зоны СВО в госпиталь, где подтвердили необходимость операции на сердце. Кроме того, требовалась операция на плече из-за разрыва связок. Однако, как утверждает Алина, с этого момента он так и не получил нужного лечения, хотя по документам госпиталя и комиссий признан ограниченно годным.
По её словам, 17 декабря 2025 года после рапорта Доронина часть и округ сами инициировали его увольнение, а аттестационная комиссия проголосовала за это решение. Но в последний момент увольнение было заблокировано руководством. Алина обвиняет в этом заместителя командующего округом по тылу, генерал-майора Вячеслава Головинова; итоговое решение, как указано в документе, утвердил командующий Центральным округом войск национальной гвардии генерал-полковник Александр Попов. Именно тогда, по её словам, и прозвучала чудовищная формула: какая разница, где он умрёт — здесь или «за лентой».
Алина резко говорит и о положении мобилизованных в целом: у них, по сути, нет никаких прав, государство требует от них только одного — продолжать служить, даже если человек уже разрушен физически и нуждается не в фронте, а в срочной медицинской помощи. На момент её обращения Доронина не увольняют и, несмотря на ограничения по здоровью, по-прежнему рассматривают к отправке в зону СВО.
Источник — телеграм-канал «Не жди хороших новостей»