Ранее в наших публикациях мы уже предполагали, что при таком негуманном отношении к личному составу жернова этой бесчеловечной войны неизбежно дойдут и до женщин. Что весь тот букет бесправия, унижения, обмана и полного пренебрежения человеческой жизнью и достоинством, с которым сегодня сталкиваются мужчины-военнослужащие в России, рано или поздно будет распространён и на женщин.
История Людмилы Полтараковой — тому подтверждение.
Людмила Леонидовна Полтаракова, проходящая службу по контракту в составе 370-го отдельного медицинского батальона, записала обращение, в котором заявила об изменении условий, на которых она и более 80 женщин-заключённых подписали контракт с Министерством обороны.
370-й отдельный медицинский батальон входит в состав 2-й гвардейской мотострелковой Таманской дивизии 1-й гвардейской танковой армии. По словам Полтараковой, женщины выполняют задачи в зоне так называемой СВО в качестве санитаров эвакуационных групп: вытаскивают раненых и погибших, несут службу на передовой без нормальной смены, отдыха и отпусков.
Они согласились на контракт, поверив обещанию, что после завершения СВО их судимости будут погашены, а сами они смогут вернуться к мирной жизни. Им, как говорит Людмила, обещали шанс «искупить свою вину перед обществом и народом России» тяжёлым и опасным трудом на передовой.
Однако 10 июня 2026 года, по её словам, командир батальона подполковник Рамазан Муталипов сообщил, что после окончания СВО военнослужащие категории «В» будут возвращены обратно в исправительные учреждения для дальнейшего отбывания наказания. То есть участие в боевых действиях, как им теперь объяснили, лишь приостанавливает срок наказания, но не прекращает его полностью.
Людмиле поручили донести эту информацию до остальных женщин из подразделения. Позднее, как она утверждает, эти слова подтвердили заместитель командира по военно-политической работе с позывным «Стажёр» и временно исполняющий обязанности заместителя начальника штаба с позывным «Ростов».
И здесь возникает главный вопрос: если эти женщины погибают, становятся инвалидами, получают тяжёлые ранения, теряют здоровье, почему так называемая Родина никак этого не учитывает? Почему государство не только не выполняет свои обещания, но и фактически меняет правила задним числом?
Сама Полтаракова рассказала, что получила тяжёлое ранение во время эвакуации, последствия которого привели к развитию эпилепсии. Среди её знакомых есть погибшие и тяжелораненые. В частности, она упоминает военнослужащую Даяну Степанову, которая получила тяжёлое ранение и осталась инвалидом.
«Получается, мы все проливали свою кровь зря и подвергали свою жизнь опасности зря», — говорит Людмила.
Эта фраза, по сути, становится главным итогом всей истории. Женщины пошли на фронт, поверив обещаниям государства. Они вытаскивали раненых и погибших, не ездили в отпуск, работали без смены и отдыха, надеясь, что их судимость будет прощена и погашена. Но теперь им фактически сообщают: после всего этого вы можете вернуться обратно в исправительное учреждение.
Людмилу это не устроило. Она подала рапорт с просьбой расторгнуть контракт и вернуть её в исправительное учреждение для дальнейшего отбывания наказания, если обещанное погашение судимости действительно не будет исполнено.
Но дальше началось ровно то же самое, что уже хорошо известно по многочисленным случаям нарушения прав военнослужащих-мужчин. Как только человек начинает добиваться своих прав, особенно публично, система воспринимает это не как законное требование, а как вызов. И тогда включается привычный механизм уничтожения.
По словам Полтараковой, 30 июня она получила срочный приказ о направлении на передовую.
«Сегодня, 30 июня, срочным приказом я должна выехать на передовую, где очень легко обнулить человека, сами знаете», — говорит она.
Эта фраза звучит особенно знакомо. Потому что речь идёт не просто о переводе в район боевых задач. Она фактически говорит о страхе быть уничтоженной там, где смерть легко списать на обстоятельства войны.
По словам Полтараковой, приказ ей озвучил заместитель командира батальона по военно-политической работе Тельман Магомедович. Как утверждает военнослужащая, он настаивает на её немедленном убытии в район выполнения боевых задач.
Именно здесь вся история приобретает ещё более тревожный смысл. Сначала женщина публично заявляет о невыполнении обещаний, данных заключённым при подписании контракта. Затем требует проверки и правовой оценки. А после этого, по её словам, получает срочный приказ отправиться туда, где человека очень легко «обнулить».
Людмила Полтаракова просит компетентные органы проверить изложенные ею обстоятельства и дать правовую оценку как её предыдущим заявлениям, так и последним событиям. Но вопрос в том, способна ли сама система дать правовую оценку собственному бесправию.
Зная, как эта система борется с неугодными, с теми, кто начинает задавать вопросы, требовать исполнения обещаний и публично говорить о нарушениях, её страх за свою жизнь нельзя назвать беспочвенным.
В её голосе слышны растерянность, неуверенность и страх. Но этот страх — не слабость. Это страх человека, который слишком хорошо понял, в какой системе он оказался. Системе, где человеческая жизнь ничего не стоит, где обещания можно отменить задним числом, где кровь, ранения и инвалидность не дают человеку даже права на честный ответ.
Если раньше можно было сказать, что эта мясорубка прежде всего перемалывает мужчин, то теперь становится очевидно: она добралась и до женщин. До тех, кому тоже пообещали искупление, возвращение к нормальной жизни и прощение, а затем фактически сообщили, что их кровь ничего не изменила.
А когда одна из них попыталась сказать об этом вслух, её, по её же словам, срочно отправили туда, где человека можно «обнулить».
Источник: телеграм-канал «НЕ ЖДИ хороших новостей»
https://t.me/ne_zhdi_novosti/6795
https://t.me/ne_zhdi_novosti/6789